Учебники по популярным профессиям
на asv0825.ru

Профессия - снайпер

       

Применение снайпера в контртеррористических операциях

Начнем с того, что роль снайпера и последовательность его действий в контртеррористических операциях по обезвреживанию вооруженного и особо опасного бандформирования и при освобождении заложников высокое начальство представляет себе весьма приблизительно и нечетко.

Применение снайпера в мирное время диктуется жестокой необходимостью. Если на войне снайпер - длинный нож в сердце противника, то в мирной обстановке - это скальпель в руках хирурга. В мирное время при проведении полицейских операций снайперу нельзя промахнуться - промах чреват провалом операции. Более того, снайпер морально не имеет права даже случайно задеть пулей невиновного человека. Именно поэтому работа снайпера должна быть ювелирной в исполнении выстрела и высокопрофессиональной в тактическом отношении.

Увеличение оптического прицела и способность мгновенно воздействовать на противника позволяют снайперу резко поворачивать ход событий в нужную сторону. Снайпер со своей выгодной позиции (она просто не может быть невыгодной) может и должен тактически оценивать и постоянно контролировать обстановку на объекте ответственности и мгновенно срабатывать при осложнении обстановки или в решающий момент штурма. Снайпер обязан представить себе архитектуру этого объекта и "посмотреть" на него изнутри, определив внутренние пути возможных передвижений противника к окнам, дверям, проходам и появление противника в этих местах. Это позволяет снайперу прогнозировать течение событий и возможное появление целей в определенных местах.

Поэтому смысл происходящего сразу же доходит прежде всего до снайпера и уже потом до руководства операцией. И сработать мгновенно при осложнении обстановки (например, когда террорист приставил пистолет к голове заложника или нож к его горлу) может только снайпер, и более никто кроме него. Или же когда террористы, прикрываясь заложниками, идут на прорыв. Или же когда террористы просто, как тараканы, разбегаются в разные стороны. В идеале снайпер стреляет на поражение, не дожидаясь, пока начальство среагирует и отдаст приказ. На отдачу приказа, для того чтобы четко его произнести, нужно время - несколько секунд, - и за эти несколько секунд могут произойти непоправимые вещи.

Раньше при Лаврентии Берии, когда надо было получить реальный результат, все так и происходило - в идеале. Снайпер не просто пресекал "своеволие" противника, стремящегося изменить события в свою пользу. Снайпер ставил точку в операции вообще. Он делал это самостоятельно. Если у него не получилось (бывало и такое), с него снимали шкуру. Если получилось, ему за это просто ничего не было. Такие были времена.

Сейчас времена другие. Сейчас начальство сперва должно понять, что на объекте начало происходить что-то страшное, потом оценить обстановку, принять решение и отдать боевой приказ. Представьте, сколько на это нужно времени. Но перед тем, как отдать боевой приказ, начальство должно принять коллективное решение. Потому что боевой приказ снайперу на боевое применение должен быть четким и определенным - стрелять придется по живому террористу, который с точки зрения закона считается личностью и имеет право на адвоката. Поэтому четкий приказ не отдаст никто. Никто не захочет отвечать конкретно. Начинается процесс, который снайперы между собой называют "жеванием соплей". По радио дают команду: "Эй, снайпер, давай, начинай!" Но снайпер тоже не дурак, он не слышал четкого приказа и тоже не хочет отвечать. Снайпер прикидывается "валенком" и вопрошает по рации: "Чево начинать?" Начальство приходит в ярость: "Давай, работай! Какого х... тебя сюда привезли?" Снайпер опять вопрошает: "Куда работать? Как?" Он не слышал слов "выстрелить", "открыть огонь", "поразить в руку", "поразить в ногу", "обезвредить огнем" и т. д. Это четкие слова, но их начальство не скажет. Оно ждет, пока снайпер не начнет стрелять самостоятельно и, в случае неприятного окончания событий, сядет в тюрьму, а начальство будет ни при чем. А в случае удачного окончания лавры будут принадлежать начальству, а снайперу за это ничего не будет (а может, будет благодарность или почетная грамота). Но снайперы предпочитали не искать на свою голову приключений и упорно не понимали нечетких указаний.

Между тем от бездействия служивых события принимали страшный оборот с человеческими жертвами и другими жуткими последствиями. И поэтому на заре перестройки мелькнуло было робкое указание: "В случае осложнения обстановки, которое может повлечь за собой гибель невинных людей, обезвреживание террористов вплоть до их физического уничтожения производится всеми доступными средствами и способами. Сигналом к действию будет общая команда по радио 444, передаваемая несколько раз". Это уже было кое-что. Служивые воспрянули духом. Но у снайперов стало получаться слишком хорошо: под снайперские пули при подавлении межнациональных конфликтов и в горячих точках стало попадать слишком много нужных, энергичных и близких к очень высокому начальству людей. И поэтому команда 444 как-то заглохла сама по себе.

"Жевание соплей" - стрелять или не стрелять - продолжается во всех странах СНГ. Как правило, сейчас его или провоцирует, или прекращает прокуратура. В одном известном автору случае, когда решался вопрос, что делать с ранее судимыми блокированными на объекте преступниками, о которых все было известно, все с нетерпением ожидали, кто из прокуратуры приедет на это происшествие. Прокурор оказался из своих - он раньше служил в системе военно-морской контрразведки. Узнав о том, что на объекте находятся заложники, на вопрос милицейского начальства о допустимости применения снайперов прокурор ответил: "А зачем их сюда привезли? Выдать им фотографии преступников, чтобы они знали, по кому стрелять, и пусть бьют на поражение!" После начала штурма, когда двое из преступников попытались прорваться, один был сразу застрелен, а другой тяжело ранен. Четко и ясно! Но такое бывает редко. Такое бывает, когда командует кто-то один. Другой известный автору удачный случай применения снайпера произошел в городе И., когда снайпер милицейского спецподразделения выстрелом в голову обезвредил уголовника, вооруженного двумя гранатами. Четкий приказ отдал его непосредственный командир, который взял ответственность на себя.

Еще один пример четкой команды на поражение, известный автору, произошел в шестидесятых годах в Киеве. Приказ обезвредить снайперским огнем преступника, разгуливающего с пистолетом и гранатой по Крещатику среди толпы, отдал лично министр внутренних дел Украины Иван Головченко. Под свою ответственность. Бандита очень удачно подстрелили в плечо на ходу из машины, выбрав момент, когда тот слегка оторвался от толпы.

Но случаи, когда начальство берет на себя ответственность за четкий приказ, весьма нечасты. И поэтому снайпер должен услышать четкую команду для стрельбы на поражение: "Снайперу - огонь" или какую-либо другую, утвержденную специальным приказом. Иначе он будет сидеть в тюрьме.

Так получается, что при антитеррористической операции снайпер ищет и занимает выгодную для стрельбы позицию самостоятельно, ибо такие операции происходят в непредсказуемой обстановке. Начальство за него позицию не определит - снайпер всегда будет стрелять оттуда, откуда ему видно цель. И ответственность за выбор и отыскание позиции всегда ложится на самого снайпера. Как он найдет эту позицию - никого не волнует. Будет очень хорошо, если начальство прикажет участковому инспектору, который знает все ходы и выходы, сопровождать снайперскую группу в качестве проводника и оберегать ее от любопытных. В гражданской обстановке снайпер выдвигается на позицию скрытно, в гражданской рабочей одежде, не возбуждая ненужного любопытства населения и не выставляя снайперскую винтовку напоказ. Чтобы снайпер, который в поисках позиции лазит по самым неожиданным местам, глухим и безлюдным, не получил ножом в спину или кирпичом по голове и не остался без винтовки и патронов, его обязательно должен сопровождать минимум один вооруженный сотрудник, который помогает снайперу преодолевать завалы и другие препятствия, подстраховывает его от неожиданного нападения сзади и, главное, имеет при себе рацию.

При боевой работе руки снайпера заняты только винтовкой, и его внимание должно быть направлено только на цель. Связь осуществляет тот, кто страхует снайпера, и этот же человек в случае разбирательства подтверждает получение команд и приказов.

На памяти автора был случай, когда в городе Д. при проведении специальной операции высокий чин сказал: "У меня нет людей, чтобы к двум снайперам приставлять сзади еще по человеку. В приказе написано - снайперская пара. Вот пусть и страхуют друг друга". В ходе операции подельники преступников подкрались сзади к снайперам, которые лежали недалеко друг от друга, и тяжело ранили обоих. Две винтовки СВД и 50 патронов на каждую достались преступникам. Дальше события развивались не по милицейскому сценарию.

Снайперам, если их больше двух, нет смысла находиться вместе. Они должны держать под прицелом противника с разных позиций и под разными углами. В этом случае то, что не будет видно одному, будет открыто для другого. На одной позиции снайперы находятся только тогда, когда надо стрелять в противника, находящегося за стеклом. Как известно, стекло разбивает винтовочную пулю вдребезги и делает дальнейшее направление полета ее фрагментов непредсказуемым. Поэтому один из снайперов первым выстрелом разбивает стекло (окно и т.д.), а второй конкретно "достает" цель.

Операция по освобождению заложников является одним из самых тяжелых моментов в работе спецподразделений полиции и спецслужб. Поэтому и штурмовая группа, и снайперы должны до мелочей знать, кто террористы, как они выглядят, возраст, рост, пол, в чем одеты, их словесный портрет, особые приметы, а лучше всего иметь перед собой фотографии преступников. Все это снайперы должны четко представлять, чтобы иметь возможность стрелять выборочно, в того, в кого надо, и не зацепить заложников. Эту информацию, а также изменения по моменту событий снайперы постоянно получают от руководства. Информация эта должна быть точной, и ответственность за ее получение и достоверность лежит на высоком начальстве. Иначе снайперы рискуют подстрелить невинного человека, и это будет не на их совести.

В контртеррористических операциях снайпер также обязан действовать скрытно и не расшифровываться. Для этого он должен не забывать про перископ, специальный камуфляж и пользоваться ими. Как только позиция занята, страхующий снайпера сотрудник докладывает: "Я тридцатый, позицию занял". При обнаружении цели докладывает: "Я тридцатый, цель захватил". Буква "Р" в позывном должна присутствовать обязательно - она хорошо проходит по эфиру даже при сильных атмосферных помехах.

В полицейской практике иногда, по возможности, во избежание стрельбы в городе, вооруженного и особо опасного преступника обкладывают со всех сторон и выгоняют на пустырь или в другое безопасное место, где, руководствуясь вышеописанными методиками, его обезвреживает снайпер. Так поступают с террористами, особенно если есть данные, что они вооружены гранатами.

Для того чтобы не тратить время на поиски позиции, снайперской антитеррористической группе следует заранее определить позиции и сектора обстрелов при снайперском блокировании мест, в потенциале возможных для проведения терактов - вокзалов, банков, аэропортов, правительственных и общественных учреждений, транспортных развязок, мест проведения массовых мероприятий. На этих объектах скрытно, не привлекая внимания, следует провести штатные тренировки с прогнозированием вариантов возможного развития событий.

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru